Природа устроила так, что одно из самых ответственных и священных призваний человека - быть отцом и матерью - делается для человека доступным просто при минимальном телесном здоровье и половой зрелости, так что человеку достаточно этих двух условий для того чтобы, не задумываясь, возложить на себя это призвание. Вследствие этого благороднейшее и ответственейшее искусство на земле - искусство воспитания детей - почти всегда недооценивается. К нему и доселе подходят так, как если бы оно было доступно всякому, кто способен физически рожать детей…

Бывают эпохи, когда эта небрежность, эта беспомощность, эта безответственность родителей начинают возрастать от поколения к поколению. Это как раз те эпохи, когда духовное начало начинает колебаться в душах, слабеть и как бы исчезать; это эпохи распространяющегося и крепнущего безбожия и приверженности к материальному, эпохи бессовестности, безчестия, карьеризма и цинизма. В такие эпохи священное естество семьи не находит себе больше признания и почета в человеческих сердцах; им не дорожат, его не берегут, его не строят. Тогда в отношениях между родителями и детьми возникает некая "пропасть", которая по-видимому, увеличивается от поколения к поколению. Отец и мать перестают "понимать" своих детей, а дети начинают жаловаться на "абсолютную отчужденность", водворившуюся в семье.

Это явление объясняется совсем иначе, а именно заболеванием и оскудением человеческой духовности и в особенности духовной традиции. Семья распадется вследствие переживаемого человечеством духовного кризиса…

Человеческая семья, в отличие от "семьи" у животных, есть целый остров духовной жизни. И если она этому не соответствует, то она обречена на разложение и распад. История показала и подтвердила это с достаточной наглядностью: великие крушения и исчезновения народов возникают из духовно-религиозных кризисов, которые выражаются прежде всего в разложении семьи…

Человек призван к тому, чтобы видеть и любить в любимой женщине (или соответственно в любимом мужчине) не только плотское начало, но и "душу",- своеобразие личности, особенность  характера, сердечную глубину, для которых внешний состав человека служит лишь телесным выражением или живым органом. Любовь только тогда не является простым кратковременным вожделением, непостоянным и мелким капризом плоти, когда человек, желая смертного и конечного, любит скрытую за ним бессмертность и безcконечность; вздыхая о плотском и земном, радуется духовному и вечному; иными словами, когда он ставит свою любовь перед лицо Божие и Божьими лучами освещает и измеряет любимого человека… В этом - глубокий смысл христианского "венчания", венчающего супругов венцом радости и муки, венцом духовной славы и нравственной чести, венцом пожизненной и нерасторжимой духовной общности. Ибо вожделение может быстро пройти; оно бывает подслеповатым. И предчувствовавшееся наслаждение может обмануть или надоесть. И что тогда? Взаимное отвращение прикрепленных друг к другу людей?.. Судьба человека, который в ослеплении связал себя, а, прозрев, - проклял свою связанность? Пожизненная унизительность ежедневной лжи и лицемерия? Или развод?

Поэтому семья оказывается как бы естественною школою христианской любви, школою творческого самопожертвования, социальных чувств и альтруистического образа мыслей.

Далее, семья призвана воспринимать, поддерживать и передавать из поколения в поколение некую духовно-религиозную, национальную и отечественную традицию. Ребенок учится в семье верному восприятию авторитета. В лице естественного авторитета отца и матери он впервые встречается с идеей ранга и научается воспринимать высший ранг другого лица, преклоняясь, но не унижаясь; и научается мириться с присущим ему самому низшим рангом, не впадая ни в зависть, ни в ненависть, ни в озлобление… Только свободное признание чужого высшего ранга научает переносить свой низший ранг без унижения; и только любимый и уважаемый авторитет не гнетет душу человека.

Само собой разумеется, что только здоровая семья может верно разрешить все эти задачи. Семья, лишенная любви и духовности, где родители не имеют авторитета в глазах детей, где нет единства ни в жизни, ни в труде, где нет наследственной традиции, - может дать ребенку очень мало, или же не может дать ему ничего.

Согласно учению Церкви, брак есть установленное Богом таинство, которое освящает супружеские отношения, делает супружеский союз неразрывным, возлагает на бракосочетающихся обязанность заботиться друг о друге, как о самом себе, и воспитывать своих детей в духе веры и христианской нравственности. 19 веков христианский мир верил в брак как в таинство, признавал его обязательную силу, - и как мало было случаев к разводу между супругами, а о браке так называемом гражданском и помину не было. Сожительство без церковного благословения считалось величайшим преступлением, и лица, его допускавшие, подвергались укорам и презрению общества.

Чтобы брак, понимаемый в его истинном значении, мог быть действительно счастлив, для этого необходимо чтобы вступившие а брак постоянно сохраняли сознание его высокого достоинства и не упускали из виду прав и обязанностей, освященных браком. Это - взаимная любовь супругов и уважение, это - не страстная любовь, скоро преходящая, а любовь, основанная на страхе Божием, любовь во образ Христа к Церкви, потому Апостол и призывает: "Мужие, любите своя жены, яко же и Христос возлюби Церковь и Себе предаде за ню" (Еф. 5, 25). 

Таким образом, муж, по учению слова Божия, должен любить свою жену, как Христос любит Церковь, т.е. любить неизменно до конца жизни, любить до готовности страдать и умереть за нее, любить и в том случае, если бы жена и не любила его, любить, чтобы своею любовью расположить ее к себе. Такая любовь способна перенести все невзгоды в жизни, в состоянии загладить и несходство характеров, и разность наружных качеств, и различные недостатки и пр. 

С другой стороны, жене вместе с любовью к мужу должно быть присуще повиновение. Хотя, по учению слова Божия, мужу и дана власть, но на эту власть он должен смотреть не как на преимущество, а как на долг. Первенство вручено Богом мужу не для унижения жены, не для господства и владычества над нею, а для разумного, кроткого управления домом. Да и какой представляется у Апостола эта власть? Самой нежной, бескорыстной, благородной властью. И в самом деле, какая власть может быть чище и выше владычества Христа над Церковью? Какое отношение может быть возвышеннее того, в каком находится Христос и Церковь? Здесь теснейшее родство, полнейшее духовное единение, самое справедливое уравнение прав, какое только можно представить себе, не унижая власти и подчинения. 

"От супружества - счастие временное и даже спасение вечное, - учил свт. Феофан Затворник. - Потому к нему приступать должно не с легкомыслием, но со страхом и осторожностию. Добрым супружеством благословляет Бог. Потому: а) будь благочестив, предан Богу, на Коего уповая, молись, чтоб Сам Он послал другую половину, угодную Ему и спасительную тебе, б) Ища супружеского союза, не предполагай дурных целей, или страстное блажничество, или корысть, или тщеславие; но - ту одну, какую Бог определил, - взаимную помощь во временной жизни ради вечной, во славу Божию и благо других, в) Когда нашел, прими как дар Божий, с благодарностью к Богу, сколько с любовью, столько же и с почтением к сему дару. 

Когда выбор кончен, должно произойти сочетанию, таинственному от Бога слиянию духовно-телесному. 

Естественный, союз, по любви, есть союз дикий, мрачный. Здесь он очищается, освящается, отрезвляется по молитве Церкви Божественною благодатию. Трудно самому одному устоять в союзе крепком и спасительном. Нити естества рвутся - благодать же непреодолима. Самонадеянность опасна везде, тем более здесь... Потому смиренно, с постом и молитвою, приступи к таинству"

«Потому оставит человек отца и мать свою и прилепится к жене своей; и будут двое одна плоть» (Быт 2:24)

Приведем учение о венчание в изложении проф. И.С. Бердникова, представленное им в книге «Форма заключения брака у европейских народов в ее историческом развитии» (Казань, 1887).

Все культурные народы древности заключали брак с религиозным освящением. Древним казалось немыслимым, чтобы такой важный шаг в жизни человека, как сочетание браком, можно было сделать без воли и благословения Божия. По христианскому учению, брак есть такое теснейшее всестороннее соединение мужчины и женщины для общей совокупной жизни, что в нем они делаются единой плотью. Брачный союз, по христианскому учению, похож на таинственное общение Христа с Церковью, и так же как последнее, является  таинством. Сочетать мужчину и женщину союзом может только Бог, Который и в начале мира сотворил человеку помощницу, сочетал ее с ним и благословил плодиться и размножаться. При таком возвышенном понимании брачного союза христиане, естественно, не могут самонадеянно восхищать себе дело Божие; желая вступать в брак, они приходят к служителям Церкви и просят его сотворить молитву, чтобы Бог ниспослал на предложенный ими союз Свою благодатнотворческую силу и Сам Своею десницею. Через посредство Своего служителя, сочетал их в плот едину.

Жених и  невеста должны осознать важность момента, когда во время Таинства священник от лица Господа венчает их, и с того времени они становятся уже не двумя разными людьми, а «единой плотью», которую разлучить или разрушить не может и не должен никто из людей. «Что Бог сочетал, того человек да не разлучает» (Мф. 19,6), - читаем в Евангелии. И правда, разлучение супругов – это грех не только перед детьми, которые у них родились, и перед Богом и его Церковью, это нарушение и пренебрежение святостью Таинства, а потому Кощунство.

Жених и невеста должны быть крещенными в православной вере и во время венчания иметь нательные кресты. Между ними не допускается родство, включая троюродное.

И, конечно, новобрачные должны быть зарегистрированы в ЗАГСе. Супружеским парам, зарегистрировавшим гражданский  брак, разрешается венчаться на любом сроке его протяженности.

Сначала отношения должны быть узаконены юридически – регистрация брака происходит вначале. Затем – Таинство Венчания, благословленное Господом. До революции Церковь единовластно выполняла эти две функции: гражданскую регистрацию и благословление на брак, поэтому создается впечатление, что люди только венчались. Сейчас Церковь отделена от государства. Но надо понимать, что юридическая регистрация брака – это прежде всего, принятие всей полноты ответственности за будущие своих детей, взаимной ответственности супругов друг перед другом, одно из подтверждений того, что свадьба для жениха и невесты – серьезный шаг в жизни. Конечно, обряд венчания очень красивый и волнующий. Но, кто будет отвечать перед Богом, если после свадьбы без гражданской регистрации рождения детей отец откажется от дальнейшей помощи своим чадам и супруге? Также в случае смерти супруга его родственники могут оставить жену и детей без средств существования, потому что юридически они никто. Романтический, а значит безответственный настрой на жизнь, может окончиться бесконечными судебными разбирательствами. И кто даст гарантию, что дети не окажутся без средств существования и без крыши над головой.

Во время гражданской регистрации брака обручение кольцами, заимствованное в советское время из Церкви, необходимо пропустить. Первым обручить новобрачных кольцами должен священник, а не работник ЗАГСа. Как минимум, это признак культуры по отношению к Церкви.